— Да уж.

Колин обиженно засопел:

— Думаешь, было приятно, когда он назвал меня шефом?

Когда Дойл немного успокоился, он понял, что реакция Колина на наглость заправщика была гораздо острее, чем его собственная. Разгадал ли мальчик истинный смысл его застенчивой натуры? Все это, впрочем, не имело значения. Как бы то ни было, но факт налицо: с ними обоими поступили несправедливо.

— Прости меня, Колин, я не должен был позволять ему разговаривать с тобой таким снисходительным тоном.

— Он обращался со мной как с ребенком.

— Это присуще почти всем взрослым. Но это конечно, неправильно. Так ты принимаешь мои извинения?

В этот момент Колин был особенно серьезен и сидел выпрямившись, ведь это был первый раз когда взрослый просил у него прощения.

— Да, принимаю, — спокойно сказал он. А затем его лицо расплылось в улыбке, и он добавил: — Хотя мне все еще хочется, чтобы он и тебя назвал тогда шефом.

Громадные сосны и вязы с черными стволами покачивались на весеннем ветру по обеим сторонам шоссе. Где-то с милю дорога шла в гору. Но за перекрестком она не стала сразу снижаться, а черной лентой тянулась еще целую милю до очередного спуска. Машина все еще неслась между двух шеренг высоких часовых-сосен, а вязы были похожи на неуклюжих толстых генералов, обходящих строй своих подчиненных.

На полпути до спуска началась зона отдыха. Из-под деревьев был вычищен кустарник. Через небольшие интервалы под соснами были установлены баки для мусора. Небольшая вывеска гласила, что это публичная зона отдыха.

В этот ранний час отдыхающие еще не появились. И все же тут кто-то был. На дальней аллее этого миниатюрного парка прямо рядом с выходом, готовый в любую минуту выехать на шоссе, стоял фургон.

ГРУЗОВЫЕ ПЕРЕВОЗКИ

Доставив свой груз, вы можете сдать автомобиль в ближайший филиал нашей фирмы. Удобно и дешево!